НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ "ПЕТР ВЕЛИКИЙ: ЛИЧНОСТЬ И ЭПОХА!"

Кексгольм – Петровский город
Адрес:
Ленинградская область,
Приозерск, Ленинградское шоссе, д. 3
Контактная информация:
Тел./факс 8 (813-79) 37-275
email: korela@inbox.ru
Описание

Выступление старшего научного сотрудника Музея-крепости "Корела" - Лихого Андрея Ивановича

 

                                Кексгольм – Петровский город

                            

          Город Приозерск по праву может быть причислен к Петровским городам. В 1710 году царь побывал в освобожденной от шведов Кореле, провел в городе-крепости несколько дней.

         В июне 1710 года, во время Северной войны, русские войска под командованием Петра взяли неприступный в течение веков Выборгский замок. Уже через два дня после блестящей победы, царь приказал своему сподвижнику генерал-майору Роману Брюсу идти на Кексгольм или древнерусскую Корелу, находившийся у шведов почти сто лет, со времен Смутного времени. В распоряжении генерала было три драгунских и два пехотных полка, а также две роты из недавно созданного 1-го гренадерского полка, которые отбирал лично царь.

        Зная, что Кексгольм хорошо укреплен и имеет значительный гарнизон с большим количеством артиллерии, Петр Алексеевич велел Брюсу «оную крепость утеснять только бомбардирование, а не формально атаковать, дабы людей даром не истратить». Иными словами, Кексгольм необходимо было блокировать со всех сторон, сделать невозможным подход подкреплений и подвоз провианта и вынудить шведский гарнизон к сдаче силами одной артиллерии.

        8 июля 1710 года русские полки подошли к Кексгольму, началось строительство осадных сооружений. Через неделю русские мортиры начали обстрел крепости. В начале августа из Шлиссельбурга по Ладоге доставили тяжелую осадную артиллерию. В Старой и Новой крепостях начались пожары, а 8 сентября сдавшийся шведский гарнизон покинул крепость и в освобожденную Корелу с развернутыми знаменами вступили русские войска.

        О взятии Кексгольма царь узнал через два дня. К сообщению о возвращении Корелы Петр собственноручно приписал: «И тако сия праотечественная крепость взята без великого урону людей». Победа над шведами была ознаменована торжественным салютом не только со стен отвоеванной крепости, пушечная пальба была и в Санкт-Петербурге, и в Кронштадте, на кораблях Балтийского флота. Датский посланник Юст Юль писал в донесении своему правительству: «Царь стал господином всей Лифляндии, Эстляндии и Кексгольмского округа. Успех был тем беспримернее, что при взятии крепостей было меньше расстреляно пороху, чем в ознаменование радости по случаю всех этих побед».

       17 сентября Роман Брюс писал своему брату Якову, знаменитому «птенцу гнезда Петрова», упомянутому в пушкинской «Полтаве»:

                                     И Шереметев благородный,

                                     И Брюс, и Боур, и Репнин,

                                     И счастья баловень безродный,

                                     Полудержавный властелин…

        «Я с войсками еще стою при Кексгольме и надеюсь, что Его Величество, купно и светлейший князь для смотрения оной крепости к нам вскоре быть изволят». «Полудержавный властелин» и «светлейший князь» – это знаменитый сподвижник Петра Александр Данилович Меншиков. Именно с ним, а также с генерал-адмиралом Федором Матвеевичем Апраксиным и графом Никитой Зотовым, царь решил отпраздновать возвращение Карельского перешейка в самой Кореле.

                Ранним утром 17 октября царь с большой свитой выехал из Петербурга, а вечером следующего дня прибыл в Кексгольм. Неподалеку от города, у Вуоксинского разлива, высоких гостей встретил Роман Брюс, получивший за славную победу чин генерал-лейтенанта. Царь и его свита вошли в Главные (Корельские) ворота на территорию Городского острова. Со всех бастионов в честь этого события палили пушки. Не территории бывшего Спасского острова, где располагалась Новая крепость, для приема Петра был выстроен специальный дом (к сожалению, не сохранился).

          Крепость царю понравилась, но, что удивительно, очень понравилось название «Кексгольм». Ранее в переписке Петр город и крепость называл Корелой, а теперь предпочтительнее оказалось шведское название, звучавшее совсем по-европейски. Известно, что Петр Алексеевич любил давать русским городам голландские или немецкие названия, а теперь вот появилось шведское.

         Среди трофеев, доставшихся победителям в Кексгольме, было 94 пушки и 2 знамени. Но царь обратил внимание на большое количество шведских кирас (металлических доспехов, надевавшихся на спину и грудь для защиты от ударов холодным оружием). Чтобы они не пропали просто так, Петр I велел местным кузнецам их расплющить и получившимися железными пластинами обить двое городских ворот. Совершенно уникальный символ победы русского оружия! Еще в 70-х годах XIX века они были на территории крепости, но к середине ХХ века, когда был создан музей, сохранились только одни. Сегодня они находятся на первом ярусе Пугачевской башни.

         Празднества в Кексгольме продолжались почти неделю. Особенно роскошный пир дал 22 октября, накануне отъезда Меншиков. После обеда устроили что-то вроде потешного маскарада: ходили вокруг крепости процессией, подчиняясь воле «всешутейшего патриарха» Никиты Зотова. Петр переоделся в мундир полкового музыканта и бил в барабан, что он любил и делал мастерски. Дело в том, что еще одиннадцатилетний царь Петр, набирая «потешное войско» из «робяток» придворных служителей, маршировал с ними через Москву из села Преображенского в Воробьево. Петр в этом войске был барабанщиком и азартно выбивал палочками нехитрую дробь. Только 23 октября царь со свитой отбыл из Кексгольма и на другой день прибыл в Петербург.

         Известно, что медальерное искусство появилось в нашей стране при Петре I. Царь любил в честь своих побед и «на разные достопамятные случаи» выпускать медали. В память об освобождении Корелы – Кексгольма были изготовлены три такие медали. В коллекции музея есть медаль, которая так и называется – «На взятие Кексгольма и Корелы». Весит она 40, 5 граммов.

         На ее лицевой стороне изображен портрет Петра в воинской одежде, в лавровом венце и подпись: «Царь Петр Всероссийский Самодержец». На обороте медали – планы крепостей с лежащими около них островами, над ними высечены названия: «Корела» и «Кексгольм»; справа – сидящий на горе ядер Марс с городской короной в правой руке (левой он опирается на мортиру). Надпись на латинском языке гласит: «Власти торжествующего Марса подвергается Корела», а ниже: «Взята сентября 8 дня».

        Несомненный интерес вызывают две особенности. Во-первых, взятие Корелы-Кексгольма выделено особым образом: присутствием на изображении самого бога войны. Традиционно на подобных медалях изображали аллегорические фигуры людей и животных, а также различные символические предметы. Из персонажей же античной мифологии встречаются Геркулес и Нептун, Афина Паллада, Меркурий и Фортуна.

        Во-вторых, овладение Корелой-Кексгольмом осмыслялась как двойная победа. Очевидно, Петр I, побывавший в городе и осмотревший обе крепости – Старую (или «замок», «шлос») на острове-детинце и Новую, одетую камнем к середине XVII века и ставшую у шведов основной цитаделью – решил праздновать освобождение не одного города, а сразу двух – Корелы (Старой крепости) и Кексгольма (Новой крепости).

       Любители отечественной истории знают, что русская гвардия появилась при Петре Великом. Это прославленные Преображенский и Семеновские полки. Но, оказывается, существовал еще один полк, сформированный лично Петром, и он носил имя нашего города. В сентябре 1710 года к двум гренадерским ротам, освобождавшим Корелу, добавили восемь отборных рот из других гренадерских полков. Полк стал называться 2-й гренадерский.

       Первый смотр полка состоялся в марте 1713 году. Петр Алексеевич лично принимал парад и остался доволен. Через два года после смерти Петра Великого в память о нем и о славной победе во время Северной войны полк стал называться Кексгольмским. К этому времени он уже прославился целым рядом побед, в том числе и участием в Гангутском и Гренгамском сражениях.

        В 1760 году во время Семилетней войны с Пруссией, кексгольмцы первыми вошли в Берлин и получили в награду серебряные трубы, хранящиеся сегодня в Музее Суворова в Петербурге. В знаменитом Чесменском бою кексгольмцы сражались на кораблях вместе с моряками, в Бородинском сражении Кексгольмский полк, занял круговую оборону и несколько раз отбил атаки французской кавалерии.

        В ознаменование многочисленных заслуг полка в 1831 году указом императора Николая I полк стал гвардейским, а в 1894 «в воздаяние достославной службы» Николай II пожаловал кексгольмцам права старой гвардии и теперь он именовался лейб-гвардии полком. На головных уборах солдат появилась надпись «За веру и верность».

        В 1898 году из Варшавы, где Кексгольмский полк дислоцировался с 1860-х годов, два молодых офицера, собиравшие материалы по истории полка, решили посетить Кексгольм город, который был связан с Петровской победой и чье имя они носили. Город, входивший в состав Великого княжества Финляндского, был маленьким провинциальным городком, население которого немногим превышало тысячу человек. В Кексгольме ничего не напоминало ни о Петре Великом, ни о героизме русских воинов.

         Одним из офицеров был молодой поручик Борис Адамович, тогда первый историограф полка, а в будущем и его командир. Он так вспоминал об этой поездке: «Мысль невольно переносилась к Петровской осаде и воображение восстановляло на оставшихся сваях моста из крепости в замок; по мосту идут в высоких шапках молодцы гренадеры и стройными рядами вступают в ворота под Круглою башней. Чудится на валах, все выше и выше растущий в народной памяти наш венценосный Исполин, властным взглядом озирающий возвращенную крепость. Вечная память Великому Петру Алексеевичу за его тяжкие труды на пользу и славу русской земли.

         Надо ли беречь такие места? Если мы подарили в 1811 году Кексгольм Финляндии, так не с тем, чтобы забыть все прошлое и отказаться от воспоминаний о нем. Ничто в Кексгольме, кроме нашей любви и чувства обиды за него, не напоминало нам о Петре. Хотя бы что-нибудь, хотя вензель его на воротах, хотя надпись на гранитной глыбе, хотя портрет в музее хотелось бы видеть в этих стенах, чтобы не забывалось в Кексгольме имя того, кто возвратил его нам навсегда.

          Внутри ограды замка большая поляна свободна от всяких построек и заросла высокой травой. Там место гранитной глыбе с православным крестом и с именем покорителя полночной страны».

          Первоначальная мечта офицеров и солдат лейб-гвардии Кексгольмского полка установить во дворе крепости простую гранитную глыбу с именем Петра I, через несколько лет воплотилась в памятник Петру Великому в центре города. В 1910 году кексгольмцы собирались отмечать 200-летний юбилей полка и освобождение родного по имени города от шведов. За несколько месяцев до празднования, в июле 1909 года на общем собрании офицеров было принято решение: «Как дар г. Кексгольму от полка поставить памятник императору Петру I, состоящий из бюста работы Вербеля на гранитном постаменте. Стоимость бюста – 350 рублей, постамента 500 рублей».

        Место для установки памятники было выбрано на западной стороне Соборной площади, у алтарной стены храма Рождества Пресвятой Богородицы. Памятник был открыт ровно в день юбилея. На пьедестале надпись: «Петру Великому лейб-гвардии Кексгольмский императора Австрийского полк в память 200-летия со дня своего основания и возвращения праотечественной крепости. 1710-1910 гг., 8 сентября».

       Судьба памятника оказалась не простой. Он простоял всего восемь лет. В 1918 году, после обретения Финляндией независимости, памятник пострадал. Местные жители-финны сняли с пьедестала бюст Петра I и утопили его в Вуоксе.

      Пройдет более полувека. Только в 1969 году, проходивший в городе практику скульптор Борис Карагот увидел на старой открытке как выглядел памятник изначально и изваял гипсовый бюст императора. Гипс материал недолговечный, тем более под открытым небом в условиях сурового северного климата. Уже через год он покрылся трещинами и было принято решение на собранные среди жителей средства – народные деньги, заказать бронзовый бюст.

        Работу выполнил талантливый ленинградский скульптор Владимир Эмильевич Горевой. 30 мая 1972 года состоялось торжественное открытие полностью восстановленного памятника. В следующем году в фонды нынешнего музея-крепости «Корела» поступили еще две работы Владимира Горевого, посвященные петровской теме. Это гипсовые бюст императора, подготовительная работа для бронзового портрета и его фигура в мундире офицера Преображенского полка.

        В Петровской части экспозиции нашего музея есть и изображение Романа Брюса. Дело в том, что он был не только известным военачальником, но и первым обер-комендантом крепости Санкт-Петербург (Петропавловской). Должность обер-коменданта предполагала, что Брюс – комендант не только Санкт-Петербургской крепости, но и начальник над комендантами крепостей Кронштадта, Нарвы и Шлиссельбурга.

         Когда в 1720 году Брюс скончался, его похоронили на территории крепости, у стены строящегося Петропавловского собора. По решению Петра I, присутствовавшего на траурной церемонии, в молодой столице государства появилась еще одна традиция: комендантов крепости предавать земле на специальном Комендантском кладбище.

         Портретов графа Якова Брюса – выдающегося государственного деятеля того времени и генерал-фельдмаршала, сохранилось достаточно, а вот как выглядел его брат Роман, было неизвестно. В 1966 году на Комендантском кладбище работали археологи. На полутораметровой глубине был обнаружен кирпич петровского периода, которым, как оказалось, был выложен склеп Романа Брюса. Верхнее перекрытие склепа когда-то рухнуло, и он весь оказался заполненным камнями, землей, битым кирпичом. Останки обер-коменданта были найдены в истлевшем зеленого сукна мундире офицера Преображенского полка. Здесь же лежали строительные клещи, наглядно иллюстрирующие одну из главных сторон деятельности сподвижника Петра.

         Специалистам из лаборатории пластической реконструкции Института этнографии Академии наук СССР, используя метод академика Герасимова, удалось воссоздать облик Брюса. Скульптор Владимир Неймарк выполнил его гипсовый бюст, который был передан в Приозерский музей.

         Нельзя не сказать и о забавном факте. Там, где есть интересная история, а сейчас для нас это все то, что связано с именем Петра Великого, появляются мифы и легенды. В центре Приозерска есть Петровский сквер. Так его назвали в честь Петра I в 1940 году, когда после окончания советско-финляндской войны город вошел в состав Советского Союза и вся финская топонимика в Кексгольме была заменена. Прошли годы. В сознании многих жителей города сложилось убеждение, что деревья сквера посажены триста лет назад в петровское время, а некоторые, даже самим царем. На самом деле сквер разбили в 1880 году на месте сгоревшей во время грозы усадьбы богатого купца. Сквер засадили липами, дубами, лиственницами, елями, кедрами и пихтой, и хотя не все деревья сохранились, оставшиеся создают впечатление старинного парка…

       В заключении можно сделать вывод, что история Корелы-Кексгольма и нынешнего Приозерска тесно связана с именем великого преобразователя России, что город не просто географическая точка, где побывал Петр, а, несомненно, город Петровской славы.